Когда мальчику исполнилось шесть лет, семья переехала в город Серов. Здесь Рашит закончил школу. Затем учился в Тюменском высшем военно-инженерном командном училище имени маршала инженерных войск А.И. Прошлякова, стал офицером. И в Афганистан попал уже с большим военным опытом.

А до этого офицер Фаткуллин 5 лет отслужил в Ленинградском военном округе. Начинал службу в инженерно-саперном полку командиром инженерно-саперного взвода, занимался разминированием. Всю Ленинградскую область объездил. После Великой Отечественной войны там еще находили различные взрывоопасные предметы.

Почти каждую весну выходили на поверхность снаряды, мины времен войны. Поступала заявка, отделение солдат во главе с офицером выезжало на разминирование.

А вскоре старшему лейтенанту Фаткуллину, имевшему к тому времени уникальный опыт разминирования, предложили отправиться к дальнейшему месту службы в Афганистан, чтобы показать свои знания и навыки в боевой обстановке. Было тогда самое начало военного конфликта на территории Демократической Республики Афганистан.

«Мы после нового 1980-го года заходили туда, — рассказывает Рашит Рахимзянович, — приходим 3 января после новогодних праздников на службу, командованию сообщают, что наш инженерно-саперный батальон разворачивается до штата военного времени. Получили технику, людей, сформировали взводы, роты и батальон полностью, погрузились в эшелон и отправились в Краснознаменный Среднеазиатский военный округ. Пять суток добирались до Термеза. Приехали, разгрузились. На разгрузочной площадке познакомились с офицерами, которые уже побывали «за речкой», мы их расспрашивали. На полигоне за две недели нас перевооружили, переодели всех: офицеров, прапорщиков, сержантов, солдат в одну форму. Выдали каски, оружие. Потом колонну сформировали. Фаткуллин ехал старшим на ЗИЛ-131, с шестью тоннами тротила в кузове. Перешли Амударью по понтонному мосту, тогда моста Дружбы еще не было, и за первый день дошли колонной до Пули-Хумри. Там база была, стоянка. На следующий день пошли на перевал Саланг. Зима, машины у неопытных водителей глохнут, скользят назад, а сзади наша машина с шестью тоннами взрывчатки. Приходилось в пургу идти пешком впереди машины, показывать водителю дорогу. Тоннель Саланг переехали, а это почти три с половиной километра, спустились в Чарикарскую долину. И в Чарикарской долине, недалеко от города Чарикар стали обустраиваться. Голое место, одни камни. Там мы стали обживаться и попутно выполняли уже боевые задачи. Был сформирован 45-й отдельный инженерно-саперный полк».

Служба у саперов в Афганистане была специфическая: минирование троп, по которым душманы завозили караванами оружие из Пакистана, разминирование, включая хитроумные мины-ловушки.

Выходили на зачистку аулов вокруг расположения. Были и рейды. Сначала на Джелалабад, потом до Асадабада. Летали на вертолетах, разведывали тропы душманов на границе с Пакистаном, наносили их маршруты на карты. К следующему вылету на вертолеты вместо пусковых для НУРСов подвешивали по два контейнера с каждой стороны, в них капсулы по 72 противопехотные мины. Выпускали капсулы над тропами — минировали. Несколько раз выходили в засады. По полученным данным приезжали, выходили на тропу, выставляли датчики, которые затем подавали сигнал, что по этой тропе прошла банда. Саперы шли в засаду, выбирали участок, устанавливали мины МОН-50, МОН-100, МОН-200, натягивали провода, ставили машинки и ждали душманов. Остальное – дело техники.

Участвовали и в крупных операциях, по выкуриванию душманов из пещер. Там много ребят погибло. Мины приходилось тащить к самому входу, чтобы подорвать, с целью завалить проход. Пехота прикрывает, а сапер ползет, ящик тротила 25 кг за собой тащит…

С десантно-штурмовым батальоном из Джелалабада в рейды ходили. Однажды в штаб 40-й армии по вызову ездили, довелось проверять дворец Амина с собаками, которые перед этим поступили из центра подготовки в Нахабино, под Москвой. Нюх отличный у них был. Специально проверяли: ставили в кабинете противотанковую мину, собака идет по коридору — у двери садится. Тоннель на перевале Саланг поехали с собаками проверять. Им равнинным на большой высоте тяжело стало работать без адаптации, но ничего, справились собачки.

Каждый день рядом со смертью. К этому привыкнуть невозможно. Солдат, а их во взводе Фаткуллина было 23 человека, учили не на пальцах, а на конкретных боевых операциях. Сначала показывали, потом проверяли, контролировали, помогали в разминировании. За 11 месяцев, что офицер прослужил в Афганистане, убитых в его взводе не было, только три сапера получили ранения.

«Я вам скажу – мне очень повезло, — улыбается Рашит Рахимзянович, — был очень хороший контингент солдат. Я их с благодарностью вспоминаю. До сих пор крепки и традиции боевого братства, сплоченности и взаимовыручки, закаленные в годы войны. Мы не теряем друг друга из вида, поддерживаем общение, когда есть возможность – очно, когда нет – в социальных сетях».

Рашит Фаткуллин  прослужил в Вооруженных силах 27 с лишним лет, из них почти 2 года в Афганистане. Это, по его словам, были самые впечатляющие годы, которые надолго врезались в память. Тем более, это был самый начальный период войны. Годы службы забыть невозможно. До сих пор он помнит все точки на карте, все передвижения, конечно, боевые задания, товарищей по оружию.

После Афганистана Рашит Рахимзянович жил и служил в разных регионах. А заканчивал службу на Украине. В Серов окончательно вернулся в 2015-ом году.

Важнейшим делом своей жизни ветеран боевых действий считает сохранение истории и памяти, поэтому всегда активно участвует в мероприятиях по патриотическому воспитанию молодежи. В первую очередь, конечно, это касается родной школы № 23.

«Я, когда учился в выпускном классе, — вспоминает Рашит Рахимзянович, — участвовал в организации Музея боевой славы 363-й Уральской стрелковой дивизии. Долго работали, тогда Интернета не было. Все приходилось искать в книгах, в библиотеках. Я 40 с лишним лет здесь не был. Но я приезжал сюда. У меня отец, мать, четыре сестры, все в 23-й школе учились».

Музей, в первую очередь, нужен молодежи. Чтобы знали и помнили нашу историю. Историю настоящую, а не ту, которую придумывают на Западе. Кто хорошо знает историю, тот чтит память о своих дедах, прадедах.

Из книги «Моя война. Афганистан». Ред. Олег Четенов

Аудиовоспоминание читает Михаил Дощеников.